Маньяк Второй Мировой войны | КРИМИНАЛЬНЫЕ АВТОРИТЕТЫ ВОРЫ В ЗАКОНЕ |


Маньяк Второй Мировой войны

Бруно Людке

Бруно Людке

В разгар Второй мировой войны в Германии бьш схвачен серийный убийца — 45-летний Бруно Людке. За время следствия он сознался в десятках жестоких убийств, начиная с 1924 года. По приказу из Берлина Людке подвергли тайной принудительной эвтаназии, хотя вина его так и не была доказана. Сегодня можно сказать, что Бруно Людке крупно не повезло: он родился не в то время и не в том месте. В современной Германии он бы доживал свой век в цивильной лечебнице для преступников с психическими отклонениями, но в гитлеровской Германии с психами не церемонились, даже если они были всего лишь подозреваемыми.

Чистокровныи аршец Бруно родился в пригороде Берлина в семье владельца маленькой прачечной. Он был четвертым ребенком (всего в семье было шестеро детей). Слабоумие у мальчика обнаружили еще в детстве, и маленький Бруно учился во вспомогательной школе с такими же, как и он, умственно отсталыми детьми. После школы мальчик работал у отца в прачечной — разносил чистое белье по домам клиентов. Случалось, что воровал и полиция ловила его, но в тюрьму он ни разу не попал — спасал диагноз врожденного слабоумия.

После прихода к власти нацистов во главе с Адольфом Гитлером, 32-х летнему Бруно, как и многим, ему подобным, была сделана принудительная стерилизация согласно Закону «О предупреждении наследственных заболеваний». Так бы он, скорее всего, и дожил свой век, если бы великому рейху не понадобился срочно козел отпущения.

В 1956 году мюнхенский журнал «Мюнхен Иллюстрирте» опубликовал рассекреченные материалы Главного управления имперской безопасности по делу Бруно Людке. Одержимые идеей «чистоты расы» нацисты легко уничтожали сотнями людей другой национальности в захваченных странах — расстреливали, сжигали в газовых камерах. Но чистка арийской расы от психически больных и просто тяжелобольных граждан Германии была делом деликатным — великий рейх не хотел быть обвиненным в уничтожении чистокровных немцев.

Так что вопрос принудительной эвтаназии был очень актуален до 1943 года‚ но тут благо случай подвернулся.

Маньяк из Кёпеникского леса

Серия жестоких убийств в окрестностях Берлина началась весной 1941 года. Первой жертвой маньяка в начале апреля стала 41-летняя Кэт Мундт. Женщина была задушена, а после смерти изнасилована. 4 мая в своем доме была убита 61-летняя табачница Мина Гутреман. Прошло всего двое суток, как в своей квартире были обнаружены супруги Умани, владельцы «Лесной харчевни». После этого маньяк «залег на дно», но в марте в Михендорфском лесу нашли разложившийся женский труп. В июне 1942 года было совершено покушение на Терезу Поль. Молодая женщина с двумя маленькими детьми возвращалась со станции домой. От смерти женщину спас истошный крик ее детей — преступник испугался и убежал, выхватив у Терезы хозяйственную сумку. Спустя месяц, в августе жертвой серийного убийцы стала еще одна женщина.

Расследованием убийств в столице рейха занималось Главное управление имперской безопасности, комиссией по расследованию руководил советник уголовной полиции штурмбаннфюрер СС Тоготце. Как сыщик он был слаб, а от него требовали срочного раскрытия — в великом рейхе не может быть серийных убийц! В случае неудачи Тоготце грозила отправка на Восточный фронт. Он попытался что-то сделать сам, но потом привлек к расследованию комиссара Хенца Франца, человека очень опытного в сыскном деле.

Франц тщательно изучил все материалы по убийствам 1941 года‚ а затем поднял архивные нераскрытые дела других, более ранних лет. Но тут как-раз случилось новое убийство. 31 января 1943 года в лесу был найден труп 53-х летней Фриды Реснер, она еще 29 января пошла в лес за хворостом для растопки и не вернулась. Криминалисты дали заключение, что женщина была изнасилована и задушена.

Вот тогда, отрабатывая круг подозреваемых, Франц и обратил внимание на Бруно Людке, известного своим жестоким обращением с животными. Хотя местный инспектор убеждал его, что чокнутый Бруно — безобидный местный дурачок, Франц все же настоял на допросе Людке. Поводом к допросу стала агентурная информация о том, что Людке часто ворует дрова в Кёпеникском лесу, где нашли труп Фриды Реснер. Это решило судьбу Бруно Людке.

Показания за еду

Тем временем руководители Управления имперской безопасности поняли, что прецедент с Бруно Людке поможет решить вопрос о принудительной эвтаназии психбольных в Германии, и доложили об этом Гиммлеру. Гиммлер подумал и согласился с предложением. Тут же все нераскрытые убийства за много лет были объединены в одно дело, и расследование было поручено специальной комиссии, которую возглавил комиссар Хенц Франц.

Расследование дела Бруно Людке вошло в историю криминалистики как беспрецедентное. Бруно стали возить по всей Германии на следственные эксперименты. Члены комиссии обращалисьс ним как с лучшим другом, кормили его вкусной едой и поили отменным пивом. Бывало, даже ночевали с ним с ним в одной камере, если Бруно Вдруг заскучал. Рассказывали ему анекдоты, водили в баню и парикмахерскую. В голос уверяли Бруно, что на Рождество он уже будет дома. Его даже поставили на спецдовольствие, чтобы Бруно всегда был в хорошем настроении и давал нужные показания.

В ответ на такую заботу и вкусную еду Бруно едва успевал сознаваться в жестоких убийствах. Он считал всех членов комиссии своими друзьями и старался им угодить. Тупо повторял все, что ему говорили, для протокола, в то время как на местах убийств, в которых он признавался, не было найдено ни одного его отпечатка пальцев и не обнаружено ни одного свидетеля, прямого или косвенного.

Бруно Людке

Бруно Людке

В то же время в деле имеются многочисленные показания свидетелей, которые заявляют, что Бруно не тот человек, которого они видели вблизи от того или иного места преступления. Криминалисты дали заключение, что на исследованной одежде Бруно нет пятен крови.

Комиссар полиции каждую неделю исправно отправлял рапорты о благоприятном ходе расследования в Главное управление имперской безопасности — лично обергруппенфюреру СС Небе. Тот рапортовал выше. И ни у кого из этой цепочки не возникало сомнений. Хотя невооруженным глазом было видно, что дело буквально шито белыми нитками. Бруно по каждому эпизоду сначала признается без деталей: «Я сегодня ночью над этим еще подумаю. Завтра скажу больше». На втором допросе он уже дает детали, и его все время поправляет
комиссар Франц. На последующих допросах Бруно уже расписывает все до мелочей, проявляя буквально феноменальные способности, которых не может быть у человека с его диагнозом — например, вдруг вспоминает, какая мебель стояла в комнате, где он 15 лет назад убил женщину.

Разоблачение мистификации

Неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не конфиденциальный рапорт в Берлин начальника уголовной полиции Гамбурга Фаульхабера, который, проанализировав работу комиссии, не побоялся высказать сомнения. Фаульхабер даже побеседовал с Бруно, но не как начальник полиции, а как сокамерник. И Бруно ему рассказал, что он никогда не бывал в Гамбурге, куда его привезли на следственный эксперимент, а в убийствах, совершенных в этом городе, он признался из благодарности к членам комиссии за то, что его хорошо
кормят, дают пиво и сигареты.

Более того, Бруно признался «сокамернику», что он вообще никогда никого не убивал. После этого рапорта делом Бруно начинает заниматься независимая комиссия, состоящая из высококвалифицированных криминалистов, врачей и сотрудников прокуратуры. Через несколько месяцев комиссар Франц лишается воинской брони и идет на фронт, где и погибает.

В марте 1944 года Бруно предстает перед новой комиссией. Он робок и запуган. Дает путаные показания, а то и вообще несет околесицу. В какой-то момент, поняв, что он разочаровал этих людей, Бруно впадает в ярость и кричит, что он хочет домой, зовет на помощь комиссара Франца. Людке едва успокоили двое дюжих санитаров, которые скрутипи его и уложили на кушетку, а врач вколол ему успокоительное.

8 апреля 1944 года под надуманным предлогом Бруно Людке сделали инъекцию цианистого калия. Он был больше не нужен великому рейху. Родственникам было отказано в выдаче тела для захоронения, отдали только одежду и свидетельство о смерти. Все материалы по делу были тут же строго засекречены. До сих пор до конца не понятно, есть ли на Бруно Людке хоть капля крови из 51 жертвы, приписываемой ему следствием.


Прокомментировать

Впишите число * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.







Сайт о криминальном мире www.mzk1.ru