КРИМИНАЛЬНЫЕ АВТОРИТЕТЫ ВОРЫ В ЗАКОНЕ | Дело Питерских и Чандреш Ша


Дело Питерских и Чандреш Ша

Юрий Шутов

Юрий Шутов

Большинство людей, имена которых фигурируют в этой истории, между собой незнакомы. Удивительным образом их судьбы связал никому неизвестный английский предприниматель Чандреш Ша. Пока за границей его искал Интерпол, он развернул в Санкт-Петербурге бурную деятельность. Итоги ее таковы: почти все, с кем прямо или косвенно был связан Ша, оказались или побывали в тюрьме. Исключение составляют лишь несколько человек: адвокат Лариса Дроздова, американский предприниматель Стив Дуглас и мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак.

Визиты миллионера

Директор ленинградского Института вирусных инфекций профессор Олег Кузнецов был несколько удивлен, когда весной 1990 года к нему в гости пожаловали коллеги из Кембриджского университета и представили ему невзрачного смуглого человека в роговых очках, совсем не похожего на ученого мужа. Человек криво улыбнулся и сунул в руку профессора визитную карточку. С нее на Кузнецова хмуро смотрел орлиный профиль. На его фоне золотом было выведено «Jasoda House. Chandresh Shah». Профессор вежливо пожал протянутую ему руку.

Во время дружеской вечеринки подвыпивший глава Jasoda House иногда прерывал ученую беседу и приставал к Кузнецову с деловыми разговорами. Он говорил профессору, что Jasoda — одна из крупнейших английских компаний и удивлялся, почему название фирмы не вызывает у его собеседника никаких эмоций. Ша утверждал, что готов инвестировать свои миллионы в разваливающуюся экономику России и, в частности, в создание на Северо-Западе страны свободной экономической зоны. Чтобы в в его платежеспособности не было сомнений, он показывал профессору, привыкшему писать ученые трактаты о борьбе с вирусами, какие-то банковские документы. Кузнецов в них ничего не понял, но пообещал познакомить Ша с представителями городских властей.

Свое обещание профессор исполнил довольно быстро и отвел Ша к первому заместителю председателя горисполкома Алексею Большакову. Из беседы с Ша Большаков узнал, что англичанин в городе находится уже давно, арендовал помещения у Ленинградского обкома партии, Института марксизма-ленинизма и Ленинградского госуниверситета и изучает экономику региона. По всей видимости, это убедило Большакова в надежности его предложений, и он решил, что о визите Ша следует доложить Собчаку. Собчак заинтересовался англичанином. Это передали Ша. Ша предложил встретиться. Собчак согласился.

На переговорах английский бизнесмен конкретизировал свои предложения. Он показал Собчаку и Большакову банковские справки, подтверждающие, что на счету Jasoda House есть $300 млн, и заявил, что $100 млн готов вложить в экономику региона. Для этого Ша предложил создать специальный банк и захотел поучаствовать в создании в городе инновационного центра. Все предложения Ша были занесены в протокол о намерениях, подписанный сторонами после переговоров. По настоянию российской стороны Ша обязался дать несколько миллионов долларов на осуществление гуманитарных программ Ленисполкома. Дальнейшую работу с Ша Собчак поручил одному из своих помощников, Юрию Шутову. Английский бизнесмен уехал из Ленинграда. На прощанье он сфотографировался с руководством Ленисполкома.

Наверное, внешность Ша Шутову доверия не внушила, и он решил проверить своего партнера на благонадежность. Первым делом он выяснил, что англичанин не заплатил конторе, давшей ему в аренду на время пребывания в Ленинграде Mercedes. Вместе с ним в Лондон, как узнал Шутов, уехала некая Ольга Полевая, работавшая ранее у гостиницы «Прибалтийская» (там-то Ша с ней и познакомился). Сомнения Шутова усилились.

Через своего знакомого в торгпредстве России в Великобритании помощник председателя исполкома раздобыл тексты факсимильных сообщений, которые Ша рассылал крупным зарубежным фирмам. В них было написано, что Jasoda House получила эксклюзивные права от правительства Ленинграда на создание в Северо-Западом регионе России свободной экономической зоны, а он лично ведет работу по ее организации. Тексты сообщений сопровождались фотографиями главы Jasoda в компании Собчака. В конце послания предприимчивый Ша предлагал адресату уступить часть своих прав на работу в СЭЗ за несколько миллионов долларов.

Шутов вызвал Ша в Ленинград и в присутствии председателя комитета Ленсовета по международным связям Ватоняра Ягья выяснил, какие права дает Ша подписанный с исполкомом города протокол о намерениях. Англичанин признал, что никаких. Ответы англичанина были запротоколированы, и его заставили под ними расписаться. Затем Шутов достал факсы и потребовал от Ша разъяснений. Ша смутился. Шутов предложил ему сделку — не вытаскивать скандал, если англичанин выполнит гуманитарную часть соглашения. Ша дал согласие и уехал из Ленинграда.

Анатолий Александрович Собчак

Анатолий Александрович Собчак

О проделанной работе Шутов доложил Собчаку. Собчак его уволил. Шутов обиделся и написал книгу «Собчачье сердце». Тогда его сначала избили (в октябре 1991 года), а весной 1992 года ранее судимого за должностной подлог и хищения госимущества Шутова обвинили в разбое, злостном хулиганстве и незаконном ношении оружия.

В июне 1993 году решением суда дело в отношении Шутова было прекращено, и бывшего помощника председателя Ленисполкома отпустили на свободу. Одним из первых, кого он встретил на улице Санкт-Петербурга, был невзрачный бизнесмен Чандреш Ша, который, радостно улыбаясь, сообщил, что все его неприятности с городским правительством благополучно улажены, и он теперь вернулся в Санкт-Петербург надолго.

Как стало известно впоследствии, в декабре 1991 года англичанин беспрепятственно зарегистрировал в Санкт-Петербурге фирму Jasoda International Ltd. как предприятие со стопроцентными иностранными инвестициями и начал торговать кенийским чаем и кофе.

Бизнес его развивался успешно, и в ноябре 1993 года Ша заключил договор о генеральном спонсорстве с руководством Фестиваля американского кинематографа, председателем оргкомитета которого был мэр Санкт-Петербурга Анатолий Собчак. И чуть позже подобный договор был подписан Ша с российскими руководителями оргкомитета Игр Доброй воли, сопредседателем правления которого был также мэр. До 31 декабря 1993 года англичанин должен был перечислить на проведение этих мероприятий около $1 млн. Но деньги от спонсора так и не поступили. А 17 декабря Ша исчез из города.

Вложения приносят доходы

Заявление об исчезновении Ша в РУОП ГУВД Санкт-Петербурга принесла его сожительница. Прогуливаясь перед домом с собакой, она якобы видела, как низкорослого Ша затолкали в автомобиль и увезли. Приняв ее заявление, РУОП объявил Ша в розыск.

Помимо милиционеров, Ша начали разыскивать его многочисленные кредиторы. Как выяснилось, заключив договоры о спонсорстве, Ша стал представляться как первый партнер петербургского правительства. Городские коммерческие структуры, руководители которых были уверены в благонадежности Ша, заключали с ним договор о поставке ТНП и перечисляли предоплату на указанный им счет. Товаров от Ша дождались не все потребители, а средства партнеров были благополучно конвертированы и перечислены за рубеж.

Первым делом кредиторы начали названивать в Jasoda House. Ольга Полевая, ставшая к тому времени генеральным директором фирмы, отвечала, что деньги на счету есть, но она не снимет ни цента без письменного распоряжения Чандреша Ша, о местонахождении которого ей ничего не известно.

По всей видимости, единственным человеком в городе, который знал, где искать Ша, был президент петербургской акционерной холдинг-компании «Адель» Александр Голубев. 24 декабря 1993 года, через неделю после исчезновения Ша, он прилетел в Гейзенбург (США), чтобы от имени Jasoda House договориться с главой местной фирмы L&S Traiding Incorporated Стивом Дугласом о сотрудничестве.

Американский след

С Голубевым Стив Дуглас познакомился примерно за полгода до этой встречи в Петербурге по совету своих российских партнеров. Прилетев в Гейзенбург, Голубев показал американцу доверенность на свое имя, выписанную Ша, и предложил сделку. Он объяснил, что Jasoda готова инвестировать в Россию до $25 млн, но сейчас фирме необходим посредник — желательно американский. По словам Голубева, направлять средства в Россию со счета в Swiss Bank Corporation (Швейцария) было невыгодно, так как якобы с 1 января 1994 года вступает в силу некое соглашение между Россией и Швейцарией, по которому все инвестиции из этой страны будут облагаться крупными налогами. Поэтому он предложил Дугласу быть американским представителем Jasoda в США, и от имени этой фирмы инвестировать средства в Россию. Естественно, не бесплатно — за 15% от суммы каждого вложения. Чтобы не быть голословным, Голубев протянул американцу три чека на $6 млн. Перспектива заработать в ближайшее время почти миллион долларов подействовала на Дугласа убедительно: он поверил в чушь, которую ему наплел Голубев, и согласился. Стороны заключили протокол о намерениях.

В январе 1994 года Дуглас пошел в банк, где был счет его фирмы, и, показав переданные Голубевым чеки, попросил выдать наличность. Операционистка ответила, что их банк не имеет прямых отношений со Swiss Bank Corporation и средства будут идти долго — 4 недели. Дуглас на следующий же день вылетел в Швейцарию.

В Swiss Bank Corporation чеки приняли и предложили прийти за наличностью на следующий день. Но при следующем появлении Дугласа в банке ему с милой улыбкой сообщили, что на счету Jasoda действительно имеются требуемые средства, но они арестованы. Дугласу стало несколько не по себе, и он сразу вернулся домой. Там его вскоре вызвали в Центральное разведывательное управление и предложили рассказать о своих взаимоотношениях с фирмой Jasoda. Дуглас рассказал все, что знал. Показать сотрудникам ЦРУ протокол о намерениях, подписанный между ним и Голубевым, он не смог — документ якобы украли из автомобиля, где Дуглас его хранил. В конце разговора Дугласу объяснили, почему он не смог получить деньги: счет Jasoda арестован Интерполом, а ее глава Чандреш Ша заподозрен в финансовых махинациях и объявлен Интерполом в розыск.

Вячеслав Дроков

Вячеслав Дроков

Американец захотел потребовать разъяснений от своего русского партнера и 5 февраля 1994 года прилетел в Санкт-Петербург. Но разъяснений в первую очередь потребовали от него. В аэродроме Пулково он был встречен сотрудниками местного управления ФСК. Дуглас повторил им историю, рассказанную в ЦРУ. Тогда российские контрразведчики поинтересовались, не знаком ли он с Вячеславом Дроковым. Американский бизнесмен ответил, что Дроков — шофер из «Адели», и что он виделся с ним только в Петербурге. В переговорах Дугласа с Голубевым Дроков участия не принимал, и в Гейзенбурге его в то время не было.

Выслушав американца, сотрудники ФСК показали ему несколько фотографий. Дуглас опознал Дрокова и сказал, что еще три лица похожи на Голубева и сопровождавших его в Гейзенбурге лиц. Контрразведчики подарили растерянному американцу билет на самолет, и первым же рейсом Дуглас вылетел в Нью-Йорк. Увидеться с Голубевым ему не удалось. Скорее всего, в ближайшее время и не удастся: 16 марта, вскоре после приезда Дугласа в Санкт-Петербург, главу «Адели» арестовали.

Милиционеры ведают, что творят

Александр Голубев известен в бандкругах Санкт-Петербурга как крутой предприниматель. Ходили слухи, что 31 января 1993 года он чуть не расстрелял из автомата Калашникова приехавших к нему на разборку представителей тамбовской преступной группировки. Тамбовцам повезло: Голубев выпустил в шестерых человек почти полный магазин, но никого не убил, только одного ранил. С тех пор тамбовцы, по всей видимости, сильно зауважали Голубева, и, по оперативным данным, один из их лидеров — Вячеслав Дроков — даже устроился к нему на работу шофером. Однако арестовали Голубева не за стрельбу: наверное, слухи не подтвердились. Его обвинили в мошенничестве и неуплате налогов в особо крупных размерах.

Сначала следователи вменили Голубеву два эпизода: хищение в 1991 году 20 автомобилей у «Союзконтракта» (бывшего тогда госпредприятием) и неуплату НДС по этой сделке. Однако один из адвокатов предпринимателя (всего за время следствие он поменял 8 защитников) сумел доказать, что у следствия мало улик, и Голубева отпустили под залог. Но 27 июня по постановлению прокуратуры города он был арестован вновь, так как следствие нашло новые эпизоды хищений. На этот раз милиционеры предложили предпринимателю сделку: Голубев дает показания о том, что бизнесмена Чандреша Ша 17 декабря 1993 года похитили, а за это его освобождают. В августе сотрудниками РУОП по обвинению в похищении Ша были арестованы Волков, Паршин, Карпов, Глазунов, Асташко и Дроков. В основу обвинения легли показания Голубева, которые он давал без адвоката.

Для всех шестерых арест оказался полной неожиданностью. Волков, Паршин и Карпов, работавшие у Голубева охранниками, заявили, что с Дроковым познакомились только в январе 1994 года — через месяц после похищения Ша. Глазунов, Асташко и Дроков вообще заявляют на следствии, что Ша никогда в жизни не видели. Адвокат Дрокова Лариса Дроздова также утверждает, что ее подзащитному предлагают оговорить себя взамен на свободу. Когда тот отказывается, ему мягко намекают, что «он может быть убит при попытке к бегству» (кстати, бежать Дроков не собирается).

После ареста «похитителей» Голубев сообщил адвокату, что свою часть сделки он выполнил. Адвокат немедленно направил в суд ходатайство об изменении ему меры пресечения. Однако представитель обвинения на судебном заседании заявил, что отпускать подследственного из-под стражи не стоит, а улик против Голубева оказалось достаточно, чтобы отклонить жалобу адвоката. Милиционеры обманули предпринимателя. Тому ничего не оставалось делать, как в очередной раз поменять адвоката и потребовать допросить его еще раз.

Однако уже в течение полугода следователь прокуратуры Санкт-Петербурга Наталья Литвинова, которая расследует похищение Ша, не вызывает Голубева на допрос. Может быть, она не хочет, чтобы единственный свидетель менял свои показания — в этом случае дело просто развалится. Зато по этому делу в качестве свидетеля хотели допросить адвоката Дрокова Ларису Дроздову. 5 января на выходе из следственного изолятора (она была на свидании с подзащитным) ее задержали сотрудники РУОП и в принудительном порядке доставили в прокуратуру Санкт-Петербурга. Оттуда Дроздова по требованию дежурного врача была отправлена в горбольницу №10. Врачи констатировали у нее черепно-мозговую травму и повреждение запястья.

Дроздова утверждает, что ее избили сотрудники РУОП по дороге в прокуратуру. Замначальника РУОП Дмитрий Шаханов в ответ на это заявил, что Дроздова «очень скандальная и крайне непорядочная женщина (мы знаем ее по предыдущим делам). Руку она расцарапала себе сама, чтобы устроить провокацию. А сотрудники РУОП у нас при задержании мужчин-то не бьют, а чтобы женщину ударить…»

Вместо эпилога

Чандреш Ша, единственный, пожалуй, человек, кто не пострадал в этой истории. По Санкт-Петербургу время от времени ходят слухи, что его видели то в Японии, то в Швеции. Бывший председатель комитета Ленсовета по международным связям, а ныне советник Собчака Ватоняр Ягья, утверждает, что видел его в Петербурге в 1994 года, но не помнит точно когда, где и при каких обстоятельствах. Но РУОП Ша не нашел и продолжает с пристрастием допрашивать его петербургских кредиторов о его местонахождении. На прошлой неделе оперативники нагрянули в одну из петербургских дискотек, хозяин которой (он попросил не раскрывать своего имени и название заведения) одолжил у Ша в свое время $200 тыс., и потребовали немедленно выдать английского бизнесмена. Хозяин оказался в затруднительном положении, так как Ша в его заведении просто не было. Не нашел Ша и Интерпол, на его счету в Swiss Bank Corporation по-прежнему лежат замороженные миллионы долларов. Деньги ждут возвращения хозяина.


Прокомментировать

Впишите число * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.







Сайт о криминальном мире www.mzk1.ru