КРИМИНАЛЬНЫЕ АВТОРИТЕТЫ ВОРЫ В ЗАКОНЕ | Белый Лебедь


Белый Лебедь

Тюрьма "Белый Лебедь"

Тюрьма "Белый Лебедь"

«Белый лебедь» – это колония особого и строгого режима. За все время, покуда она есть, ни 1-го варианта успешного побега тут не приключилось.

Белый Лебедь — неофициальное название исправительной колонии особого режима в городке Соликамске (Официальное название ВК-240/2 либо ИК-2 ГУФСИН Рф по Пермскому краю). Один из самых жёстких режимов в системе исправительных учреждений. Варианты неофициального наименования случились по различным версиям: от расцветки стенок, или, что наиболее вероятно — от метода движения заключённых по местности тюрьмы: наклонившись вперёд (фактически под 90 градусов) с закинутыми за спину руками, т. н. «лебедь» . Или еще имеется версия наименования от такого, будто во дворе тюрьмы располагается монумент белоснежным лебедям. В данной тюрьме находился узнаваемый бандит Салман Радуев (умер в 2002 г.), и остальные особенно опасные законопреступники. В Рф есть 2 именитых зоны, о каких почти все слышали. Наверное – оренбургский «Черный дельфин» и «Белый лебедь». Конкретно колония «Белый лебедь», находящаяся в Пермской окраине, развенчала домысел о прекрасной и вольготной блатарский жизни в местах лишения свободы. Тут сломали и «раскороновали» 10-ки, сотки воров в законе.

Тюрьма "Белый Лебедь" в городе Соликамске

Тюрьма "Белый Лебедь" в городе Соликамске

Сейчас ведь в данных стенках располагается 1 из русских «пожизненных» зон, а еще колонии строгого и особого режима. В январе 2008 года именитая колония «Белый Лебедь», а еще остальные колонии, которые в 1938 году вступали в состав в управления Усольских лагерей, отметили 70 летний юбилей.

Колония «Белый лебедь» существует с 1938 года и располагается близко от городка Соликамска. Поначалу тут находились лишь политические отбывающие наказание, в главном священнослужители. В 1955 году «политических» перевели в колонию, расположенную в Мордовии, а «Белый лебедь» стал уголовной зоной. В 1980 году тут было сотворено известное ЕПКТ (единое помещение камерного типа), куда высылали на перевоспитание воров в законе со всего Русского Союза. Чрез ЕПКТ прошло около 4,5 тыщи осужденных. В его стенках сложили «короны» 130 «законников». Конкретно в «Белом лебеде» окончил собственные дни знаменитый вор в законе Вася Бриллиант. Фактически говоря, и всероссийскую знаменитость «Белый лебедь» заполучил потому, будто в его стенках «прессовали» почти всех узнаваемых рецидивистов.

Тюрьма "Белый Лебедь" в городе Соликамске.

Тюрьма "Белый Лебедь" в городе Соликамске.

Есть некоторое количество версий, откуда возникло настолько пышноватое заглавие колонии. И все они имеют преимущество на наличие. Все версии соединены с ворами в законе и тюремной романтикой. Вот 2 главные из их. В колонии все строения построены из белого кирпича, стенки каких, типо, олицетворяют крылья белоснежного лебедя. 2-ой вариант. Сообразно знаменитой басне, ежели лебедь утрачивал собственную любимую, то приговаривал себя к одиночеству либо к погибели. Сделав некоторое количество кругов в небе над умершей любимой, он очень быстро падал книзу головой – и разбивался о территорию. Потому некие воры считали, будто в данных стенках они примут собственный крайний причал, споют собственную лебединую песню


1 коммент. Добавьте свой ↓

  1. Азат Кашапов #
    1

    COUR EUROPÉENNE DES DROITS DE L’HOMME
    EUROPEAN COURT OF HUMAN RIGHTS
    ЕΒРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАΒАМ ЧЕЛОΒЕКА

    Conseil de l’Europe — Council of Europe
    Strasbourg, France — — Страсбург, Франция

    REQUÊTE
    APPLICATION
    ЖАЛОБА

    présentée en application de l’article 34 de la Convention européenne des Droits de l’Homme,
    ainsi que des articles 45 et 47 du Règlement de la Cour

    under Article 34 of the European Convention on Human Rights
    and Rules 45 and 47 of the Rules of Court

    в соответствии со статьей 34 Европейской Конвенции по правам человека
    и статьями 45 и 47 Регламента Суда

    I. LES PARTIES
    THE PARTIES
    СТОРОНЫ

    A. LE REQUÉRANT / LA REQUÉRANTE 1
    THE APPLICANT 1
    ЗАЯΒИТЕЛЬ 1

    (Renseignements à fournir concernant le / la requérant(e) et son / sa représentant(e) éventuel(le))
    (Fill in the following details of the applicant and the representative, if any)
    (Данные о заявителе 1 и его представителе, при наличии такового)

    1. Nom de famille / Surname / Фамилия Заявителя 1: Юмагузин

    2. Prénom (s) / First name (s) / Имя (имена) Марат Рауфович

    Sexe: masculin Sex: male Пол: Мужской

    3. Nationalité / Nationality /Гражданство: Российская Федерации

    4. Profession / Occupation / Род занятий : осужден к пожизненному лишению свободы

    5. Date et lieu de naissance / Date and place of birth / Дата и место рождения: 10 апреля 1966 года рождения; уроженец совхоза «Агидель» Ишимбайского района Республики Башкортостан

    6. Domicile / Permanent address / Постоянный адрес: 461500, Россия, Оренбургская область, г.Соль – Илецк, ИК – 6 (исправительная колония особого режима «Чёрный Дельфин»)

    7. Tel. N / Номер телефона

    8. Adresse actuelle (si différente de 6.) такой же как в пункте 6
    Present address (if different from 6.) / Адрес проживания в настоящее время (если отличается от п. 6)

    9. Nom et prénom du / de la représentant(e) Азат Кашапов
    Name of representative* / Имя и фамилия представителя*

    10. Profession du / de la représentant(e) адвокат Адвокатской Палаты Республики Башкортостан
    Occupation of representative / Род занятий представителя

    11. Adresse du / de la représentant(e) 453360, Российская Федерация, Республика Башкортостан,
    Куюргазинский район, село Ермолаево, улица Калинина, дом 8 квартира 4
    Address of representative / Адрес представителя

    12. Tel. N/ Номер телефона 8(34757) 6-15-39 Fax N / Номер телефакса

    А.1 LE REQUÉRANT / LA REQUÉRANTE 2
    THE APPLICANT 2
    ЗАЯΒИТЕЛЬ 2

    (Renseignements à fournir concernant le / la requérant(e) et son / sa représentant(e) éventuel(le))
    (Fill in the following details of the applicant and the representative, if any)
    (Данные о заявителе 2 и его представителе, при наличии такового)

    1. Nom de famille / Surname / Фамилия Заявителя 2: Зыков

    2. Prénom (s) / First name (s) / Имя(имена) Андрей Иванович

    Sexe: masculin Sex: male Пол: Мужской

    3. Nationalité / Nationality /Гражданство: Российская Федерации

    4. Profession / Occupation / Род занятий: Безработный

    5. Date et lieu de naissance / Date and place of birth / Дата и место рождения: 05 апреля 1967 года рождения; уроженец г.Салавата Республики Башкоротостан

    6. Domicile / Permanent address / Постоянный адрес: Россия, Республика Башкортостан, г.Салават, бульвар Космонавтов, дом 18, квартира 58

    7. Tel. N / Номер телефона

    8. Adresse actuelle (si différente de 6.) такой же как в пункте 6
    Present address (if different from 6.) / Адрес проживания в настоящее время (если отличается от п. 6)

    9. Nom et prénom du / de la représentant(e) Азат Кашапов
    Name of representative* / Имя и фамилия представителя*

    10. Profession du / de la représentant(e) адвокат Адвокатской Палаты Республики Башкортостан
    Occupation of representative / Род занятий представителя

    11. Adresse du / de la représentant(e) 453360, Российская Федерация, Республика Башкортостан,
    Куюргазинский район, село Ермолаево, улица Калинина, дом 8 квартира 4
    Address of representative / Адрес представителя

    12. Tel. N/ Номер телефона 8(34757) 6-15-39 Fax N / Номер телефакса

    B. LA HAUTE PARTIE CONTRACTANTE
    THE HIGH CONTRACTING PARTY
    ΒЫСОКАЯ ДОГОΒАРИВАЮЩАЯСЯ СТОРОНА

    (Indiquer ci-après le nom de l’Etat / des Etats contre le(s) quel(s) la requête est dirigée)
    (Fill in the name of the State(s) against which the application is directed)
    (Укажите название государства, против которого направлена жалоба)

    13. Российская Федерация
    II. EXPOSÉ DES FAITS
    STATEMENT OF THE FACTS
    ИЗЛОЖЕНИЕ ФАКТОВ

    (Voir chapitre II de la note explicative)
    (See Part II of the Explanatory Note)
    (См. Раздел П Инструкции)

    14.
    09 июня 2000 года приговором Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Башкортостан ЮМАГУЗИН МАРАТ РАУФОВИЧ (далее — Заявитель 1) был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных пунктами «а,в,д,з» части 2 сатьи.105; пункта «в» части 3 статьи 162; пунктов «б,в» части 3 статьи 229 Уголовного Кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) и ему по совокупности преступлений на основании статьи 69 УК РФ окончательно было определено пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима с конфискацией имущества, а начало срока ему исчислять со 02 марта 1999 года, со дня содержания под стражей.

    Этим же приговором суда был осужден ЗЫКОВ АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ (далее – Заявитель 2) по п.п. «а,в» ч.2 ст.161 УК РФ 5 (пять) лет лишения свободы, по п. «б» ч.3 ст.229 УК РФ 10 (десять) лет лишения свободы с конфискацией имущества и ему по совокупности преступлений на основании ст.69 УК РФ окончательно было определено 11 (одиннадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, а начало срока ему исчислять с 13 марта 1999 года, со дня содержания его под стражей.

    29 ноября 2000 года определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации обвинительный приговор Верховного суда Республики Башкортостан от 09 июня 2000 года в отношении ЮМАГУЗИНА МАРАТА РАУФОВИЧА и ЗЫКОВА АНДРЕЯ ИВАНОВИЧА был отменен и дело было направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

    23 апреля 2001 года приговором Судебной коллегии по уголовным делам Стерлитамакской постоянной сессии Верховного суда Республики Башкортостан ЮМАГУЗИН МАРАТ РАУФОВИЧ был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 105 ч.2 п.п. «а,в,д,з», 162 ч.3 п. «в» УК РФ и ему на основании ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений окончательно было назначено пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима с конфискацией имущества.

    Этим же приговором суда был осужден ЗЫКОВ АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ 3 (три) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы, по п. «б» ч.3 ст.229 УК РФ 8 (восемь) лет лишения свободы с конфискацией имущества и ему по совокупности преступлений на основании ст.69 ч. 3 УК РФ окончательно было определено 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, а начало срока ему исчислять с 13 марта 1999 года, со дня содержания его под стражей.

    31 октября 2001 года определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации обвинительный приговор Верховного суда Республики Башкортостан от 23 апреля 2001 года в отношении ЮМАГУЗИНА МАРАТА РАУФОВИЧА и ЗЫКОВА АНДРЕЯ ИВАНОВИЧА был отменен и дело было направлено на новое расследование.

    22 апреля 2003 года приговором Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Башкортостан ЮМАГУЗИН МАРАТ РАУФОВИЧ был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.105 ч.2 п.п. «а,в,д,з», 162 ч.3 п.3 УК РФ и ему было окончательно назначено наказание по совокупности преступлений на основании ст.69 ч.3 УК РФ пожизненное лишение свободы в исправительной колонии особого режима с конфискацией имущества.

    Этим же приговором суда был осужден ЗЫКОВ АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ 3 (три) года 6 (шесть) месяцев лишения свободы, по п. «б» ч.3 ст.229 УК РФ 8 (восемь) лет лишения свободы с конфискацией имущества и ему по совокупности преступлений на основании ст.69 ч. 3 УК РФ окончательно было определено 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с конфискацией имущества, а начало срока ему исчислять с 13 марта 1999 года, со дня содержания его под стражей.

    28 апреля 2012 года осужденный ЮМАГУЗИН МАРАТ РАУФОВИЧ подал кассационную жалобу в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации на приговор Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Башкортостан от 22 апреля 2003 года.

    21 октября 2003 года кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации обвинительный приговор Верховного суда Республики Башкортостан от 22 апреля 2003 года в отношении ЮМАГУЗИНА МАРАТА РАУФОВИЧА и ЗЫКОВА АНДРЕЯ ИВАНОВИЧА оставлен без изменения, а кассационные жалобы осужденных и адвоката – без удовлетворения.

    21 сентября 2004 года постановлением судьи Соль-Илецкого районного суда Оренбургской области Бузина А.В. была исключена из приговора Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Башкортостан от 22 апреля 2003 года в отношении ЮМАГУЗИНА МАРАТА РАУФОВИЧА дополнительная мера наказания -конфискация имущества.

    23 февраля 2012 года адвокатом Кашаповым А.Ш. была подана надзорная жалоба в Президиум Верховного Суда Российской Федерации на судебные решения по уголов-ному делу в отношении Заявителей.

    12 апреля 2012 года судья Верховного Суда Российской Федерации Хлебников Н.Л. вынес постановление об отказе в удовлетворении надзорной жалобы адвоката Кашапова А.Ш. от 23 февраля 2012 года.

    13 апреля 2012 года адвокат Кашапов А.Ш. подал заявление в Президиум Верховного Суда Российской Федерации о приобщение к надзорной жалобе от 23 февраля 2012 года свидетельских показаний Разяповой Альфии Фаритовны.

    25 апреля 2012 года адвокатом Кашаповым А.Ш. была подана надзорная жалоба Председателю Верховного Суда Российской Федерации Лебедеву В.М. на постанов-ление судьи Верховного Суда Российской Федерации Хлебникова Н.Л. об отказе в удовлет-ворении надзорной жалобы адвоката Кашапова А.Ш. от 23 февраля 2012 года по уголов-ному делу в отношении Заявителей.

    15 мая 2012 года Заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации Петроченков А.Я. своим решением отказал в удовлетворении надзорной жалобы адво-ката Кашапова А.Ш. от 25 апреля 2012 года.


    III EXPOSÉ DE LA OU DES VIOLATION(S) DE LA CONVENTION ET / OU DES PROTOCOLES ALLÉGUÉE(S), AINSI QUE DES ARGUMENTS À L’APPUI
    STATEMENT OF ALLEGED VIOLATION(S) OF THE CONVENTION AND / OR PROTOCOLS AND OF RELEVANT ARGUMENTS
    ИЗЛОЖЕНИЕ ИМЕВШЕГО(ИХ) МЕСТО, ПО МНЕНИЮ ЗАЯВИТЕЛЯ 1 и 2, НАРУШЕНИЯ(ИЙ) КОНВЕНЦИИ И/ИЛИ ПРОТОКОЛОВ К НЕЙ И ПОДТВЕРЖДАЮЩИХ АРГУМЕНТОВ

    (Voir chapitre III de la note explicative)
    (See Part III of the Explanatory Note)
    (См. Раздел Ш Инструкции)

    15. Были нарушены следующие: — права не подвергаться пыткам с целью получения признания в совершении преступления (статья 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод);

    — права не подвергаться условиям заключения под стражу, представляющим собой пытку (статья 3 Конвенции);

    — права на эффективное расследование применения пыток (статья 3 Конвенции и статья 13 Конвенции в совокупности со статьей 3 Конвенции);

    — права на справедливое судебное разбирательство в связи с нарушениями права на защиту, права не свидетельствовать против себя самого и допрашивать показывающих против него свидетелей или имеет право на то , чтобы эти свидетели были допрошены (статья 6(1),(6)(3)(c) и 6(3)(d) Конвенции.

    Нарушения статьи 3 Конвенции:

    Заявитель 2 полагает, что его право не подвергаться пыткам, гарантированное статьей 3 Конвенции, было нарушено в результате его избиения сотрудниками милиции МВД Республики Башкортостан и оказания ими психического давления с целью добиться признания в совершении вмененных ему преступлений, которое в итоге было дано через сутки издевательств и оскорблений, а также содержания в течение десятков часов без еды, воды и отдыха в камере для административных задержанных отделения милиции в условиях, которые сами представляли собой пытку.

    Заявитель 2 также считает, что в нарушение статьи 3 Конвенции расследование факта применения к нему пыток, подтверждавшегося не только его собственными показаниями, но и результатами заключения СМЭ (судебно – медицинской экспертизы) № 195 от 23 марта 1999 года (том 2, л.д. 133), проведенного на основании постановле-ния о назначении судебно – медицинской экспертизы в отношении Зыкова Андрея Ивановича от 22 марта 1999 года (том 2, л.д.130), когда он находился в местах изоляции с 13 мар-та 1999 года, так как в отношении него была избрана мера пресечения — заключение под стражей, а также рядом других доказательств, не было эффективным.

    Из данного заключения СМЭ усматривается: «…обнаружены телесные повреждения в виде множественных ссадин на передней и задней поверхностях надплечий от тупого твёрдого предмета и как вред здоровью не расценивается, причинены за 5-8 дней до экспертизы», то есть полученные в местах изоляции по срокам, но суд в приговоре отверг это доказательство, мотивируя тем, что оперуполномоченный Чернов недозволенных методов не применял.

    Чернов не применял, а другие сотрудники ???

    Откуда тогда у Зыкова появилось столько телесных повреждений, когда он находился в местах изоляции ???

    Суд 1-ой инстанции этот существенное обстоятельство не приняло во внимание и ничем не отвергло !!!

    Из приговора суда: «При таких обстоятельствах дальнейший допрос сотрудников милиции (якобы избивавших Зыкова), которых не знает и сам подсудимый, является невозможным».

    Возникшие сомнения ничем не устранены !!!

    Вывод суда о том, что его поцарапали девушки ничем не подтвержден, а наоборот опровергается заключением СМЭ № 195 от 23 марта 1999 года по сроку давности нанесения телесных повреждений и по следовому характеру телесных повреждений (из СМЭ – «….от тупого твердого предмета…»), а девушки — якобы поцарапали, когда Заявитель 2 находился в камере изолятора, где содержатся лица женского пола раздельно от лиц мужского пола.

    Извлечение из постановления по делу «Гладышев против Российской Федерации»:

    Предполагаемое жестокое обращение

    51.

    Европейский суд напоминает, что лица, содержащиеся под стражей, находятся в уязвимом положении, и власти обязаны обеспечить их физическое благополучие (см. Постановление Европейского суда по делу «Тарариева против Российской Федерации» (Tarariyeva v. Russia), жалоба N 4353/03, § 73, ECHR 2006-… (извлечения); Постано-вление Европейского суда от 4 октября 2005 г. по делу «Сарбан против Молдавии» (Sarban v. Moldova), жалоба N 3456/05, § 77; и Постановление Европейского суда по делу «Муйсель против Франции» (Mouisel v. France), жалоба N 67263/01, § 40, ECHR 2002-IX). В отношении лица, лишенного свободы, любое использование силы, которое не является строго необходимым в связи с его поведением, умаляет человеческое достоинство и в принципе нарушает право, гарантированное статьей 3 Конвенции (см. Постановление Европейского суда от 7 декабря 2006 г. по делу «Шейдаев против Российской Федерации» (Sheydayev v. Russia), жалоба N 65859/01, § 59; Постановление Европейского суда от 4 декабря 1995 г. по делу «Рибич против Австрии» (Ribitsch v. Austria), Series A, N 336, § 38; и Постановление Европейского суда от 30 сентября 2004 г. по делу «Крастанов против Болгарии» (Krastanov v. Bulgaria), жалоба N 50222/99, § 53).

    52.

    Европейский суд также напоминает, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. При оценке доказательств Европейский суд, как правило, применяет стандарт доказывания «вне всякого разумного сомнения» (см. Постановление Европейского суда по делу «Авшар против Турции» ({Avsar} v. Turkey), жалоба N 25657/94, § 282, ECHR 2001-VII (извлечения)). Такое доказывание может строиться на совокупности достаточно надежных, четких и последовательных предположений или аналогичных не опровергнутых фактических презумпций. Если рассматриваемые события в целом или в большей степени относятся к сфере исключительной компетенции властей, как в случае с лицами, находящимися под контролем властей под стражей, возникают обоснованные презумпции фактов в отношении травм, полученных во время содержания под стражей. Действительно, можно считать, что на властях лежит бремя доказывания с целью представить достаточное и убедительное объяснение (см. Постановление Большой палаты по делу «Салман против Турции» (Salman v. Turkey), жалоба N 21986/93, § 100, ECHR 2000-VII).

    Нарушение статьи 6 Конвенции:

    — права на справедливое судебное разбирательство в связи с нарушениями права на защиту, права не свидетельствовать против себя самого и допрашивать показывающих против него свидетелей или имеет право на то , чтобы эти свидетели были допрошены (статья 6(1),(6)(3)(c) и 6(3)(d) Конвенции.

    Заявитель 2 (Зыков Андрей Иванович) в неоднократных первоначальных допросах в ходе предварительного расследования, то есть досудебного судопроизводства, был допрошен без участия адвоката, то есть было допущено нарушение его права на защиту, что усматривается из материалов уголовного дела в отношении него: протокола допросов Зыкова А.И. от 01, 14, 16, 18, 22, 27 марта 1999 года (том 3 л.д. л.д.92, 93, 104, 106, 115, 117), а заявление о чистосердечном признании на имя прокурора города Салавата (явка с повинной) от 29 марта 1999 года (том 3 л.д.119), полученное в ночное время, без участия адвоката.

    В ходе судебного разбирательства были оглашены показания представителей потерпевших Федоровой Е.Н., Помелова О.В., Джамаловой Ф.С., свидетелей Галеева В.А., Кривоносовой Л.П., Бегова А.В., Кутлугильдиной Г.Х., Гусевой А.В., Гирфатовой А.Р., Стенечкина С.В., Гатауллина Р.Р., Посадскова Б.В., Косачева М.П., Дорохова П.М., Дороховой Т.Н., Амировой Л.Р., Маврешко А.И., Евтюхова А.И., Гнездилова А.Н., Якушенкова А. в связи неизвестностью местонахождения указанных выше лиц (приговор суда от 22 апреля 2003 года, л.д.6), хотя местонахождение этих лиц известно, что подтверждается СПИСКОМ лиц, подлежащих вызову в судебное заседание (обвинительное заключение, л.д.л.д.46, 47, 48) (приложение № 18).

    А двое свидетелей вообще находились в местах лишения свободы:

    — «Евтюхов Александр Иванович, содержится УЕ 394/4 ГУИН МЮ РФ по РБ (л.д.62-70 т.9)»;

    — «Гнездилов Алексей Николаевич, проживает г.Салават, ул.Ленина, 49- 65. Содержится в следственном изоляторе ИЗ – 3 /3 г.Стерлитамака (л.д. 73-74 т.9).

    Место судебного заседания – г.Стерлитамак и свидетель Гнездилов А.Н. находился в следственном изоляторе ИЗ – 3/3 г.Стерлитамака и его можно было доставить в судебное заседание для допроса.

    Согласно статьи 3 Конвенции: «Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

    Согласно статьи 6 Конвенции: «Каждый имеет право на справедливое судебное разбирательство».

    Данные нормы были нарушены как в ходе предварительного следствия (досудебная стадия производства по уголовному делу), так и в ходе судебного разбирательства дела по существу.

    Как показал осужденный Зыков А.И. в ходе судебного заседания, что показания, в которых он оговорил себя и Юмагузина М.Р. в совершении преступлений, которые они фактически не совершали, он был вынужден был сделать после неоднократных избиений его сотрудниками милиции с г. Уфы.

    В результате избиений, а фактически пыток, он был вынужден дать показания, в которых оговорил себя и Юмагузина М.Р., и эти же показания он неоднократно давал впоследствии, так как постоянно находился под контролем сотрудников милиции и он был вынужден исполнять их указания.

    Суд 1-ой инстанции отверг эти показания Зыкова А.И., указав в приговоре: «Довод о применении недозволенных методов следствия является характерным для подсуди-мых, считается одним из способов защиты и выдвинут с целью избежать уголовной ответственности за содеянное».

    Фактически суд 1-ой инстанции занял позицию обвинителя, допустив такие выводы в своём приговоре.

    Судебная практика Европейского Суда по правам человека (далее – ЕСПЧ):

    а) Gladyshev v. Russia, жалоба № 2807/04,

    «Гладышев против России», постановление ЕСПЧ от 30 июля 2009 года

    (ИЗВЛЕЧЕНИЕ):

    -«….Там от него потребовали признания в убийстве С……По словам заявителя (Гладышев), он отказался это признавать и был избит. В результате избиения заявитель был вынужден написать явку с повинной. После этого заявитель был допрошен следователем в присутствии назначенного адвоката П.. 11 мая 2001 года заявитель повторил своё признание при проверке показаний на месте.

    …….Заместитель прокурора указал, что утверждение заявителя о применении к нему насилия являются способом дискредитации сотрудников милиции и ухода от ответственности.

    ……В ходе процесса заявитель отказался от своих признательных показаний, и представил суду медицинские документы, указал, что был избит.

    …….27 декабря 2002 года суд признал заявителя виновным в убийстве должностного лица и незаконном хранении, приговорив его к 18 годам лишения свободы. Приговор, помимо прочего, был основан на признательных показаниях заявителя.

    Относительно имевшихся у заявителя травм указал, что они не связаны с этими признательными показаниями. 26 июня 2003 года Верховный Суд Российской Федера-ции оставил приговор суда в силе.

    …….В своей жалобе в Европейский Суд, поданной 9 декабря 2001 год, заявитель утверждал, что в нарушении статьи 3 Конвенции он был избит сотрудниками милиции, и что власти не провели эффективное расследование этого инцидента. Кроме того, заявитель жаловался на нарушение статьи 6 Конвенции на том основании, что его приговор был основан на показаниях, полученных под пыткой.

    Рассматривая материалы дела, Суд указал, что выводы экспертизы от 15 октября 2001 год, на которые ссылались власти, показали, что заявитель получил телесные повреждения уже после своего задержания. При этом власти не пытались доказать, что заявитель имел повреждения до задержания, а также не пытались опровергнуть результаты других экспертиз.

    В связи с тем, что государство не предоставило разумных объяснений тому, как произошли полученные повреждения, Суд пришёл к выводу, что данные травмы явились результатом жестокого обращения с заявителем в нарушении статьи 3 Конвенции.

    …….Суд указал на нарушение принципа независимости и объективности расследования. Кроме того, следствие сомневалось в правдивости показаний заявителя, на том основании, что он якобы хотел уйти от ответственности. Однако в отношении показаний сотрудников милиции такой подход не применялся.

    Наконец, Суд осудил тот факт, что областной суд, установив факт получения заявителем травм, не вынес частное постановление в адрес следственных органов, хотя имел такое право.

    С учётом изложенного, Суд пришёл к выводу о том, что расследование по жалобе заявителя не было эффективным, что явилось нарушением властями статьи 3 Конвенции в её процессуальном аспекте.

    Рассматривая вопрос о справедливости судебного разбирательства, Европейский Суд отметил, что областной суд не признал «подозрительное» признание неприемлемым доказательством, а Верховный Суд Российской Федерации вообще не рассматривал этот вопрос. Хотя признание, полученное от заявителя 10 мая 2001 года, не было единственным доказательством обвинения, оно было использовано наряду с другими материалами для постановления обвинительного приговора. Между тем, любое использование полученных при помощи пыток доказательств неприемлемо с точки зрения справедливости судебного процесса. На этом основании Суд признал нарушение права заявителя на справедливый суд, гарантированное статьей Конвенции.

    ……Суд также указал, что по его мнению, восстановление нарушенного права на справедливое судебное разбирательство требует пересмотра уголовного дела на национальном уровне».

    Зыков А.И. был задержан 13 марта 1999 года, в отношении него судебно-медицинская экспертиза была проведена 23 марта 1999 года и из самого заключения СМЭ усматривается (л.д.133 т.2): «…..причинены за 5-8 дней до экспертизы…..», то есть: 23-5(8)=18 либо15…, что значит 15 или 18 марта 1999 года, когда Зыков находился в местах изоляции (ИВС), на что суд 1-ой инстанции не обратил внимание или не хотел обращать, что доказывает о несправедливости этого суда.

    б) Рopov v. Russia, жалоба № 26853/04,

    «Попов против России», постановление ЕСПЧ от 13 июля 2006 года

    (ИЗВЛЕЧЕНИЕ):

    -Нарушение статьи 6 Конвенции…..

    Согласно пункта «d» части 3 статьи 6 Конвенции каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или имеет право на то, чтобы эти свидетели были допрошены.

    Относительно права на допрос свидетелей обвинения важно, чтобы у обвиняемого (подсудимого) была возможность оспорить показания и подвергнуть допросу ключевых свидетелей, дающих показания против него и чьи показания были положены в основу обвинительного приговора.

    Данная норма Конвенции была нарушена, то есть ряд свидетелей со стороны обвинения не были вызваны в суд и показания их просто огласили в судебном заседании, не дав возможности задать им вопросы для выяснения существенных обстоятельств, имеющих значение для установления истины по делу.

    в) 13 июля 2010 года, Третья Секция (Палата) Европейского Суда по правам человека огласила Постановление по делу «Лопата против России» (Lopata v. Russia, жалоба N 72250/01). Страсбургский Суд признал, что имели место: нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с отсутствием эффективного расследования обстоятельств предполагаемого бесчеловечного или унижающего достоинство обращения с заявителем сотрудниками милиции в ходе получения от него «явки с повинной»; нарушение подпункта C пункта 3 статьи 6 (право на защиту) и пункта 1 статьи 6 (право на справедливое судебное разбирательство в целом) Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с тем, что суд практически полностью обосновал свои вывод о виновности заявителя в совершении убийства названной «явкой с повинной», в добровольности написания которой имелись сомнения, полученной в отсутствие защитника и без тщательного рассмотрения обстоятельств получения признания заявителя; нарушение статьи 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (право на обращение с индивидуальной жалобой) из-за оказания представителями властей недопустимого давления на заявителя на заявителя в связи с его обращением в Европейский Суд по правам человека. Александр Константинович Лопата в настоящее время отбывает наказание в виде девяти лет лишения свободы за убийство Д. – знакомого своей дочери. В августе и сентябре 2000 года заявитель был арестован в связи с расследованием убийства Д. Александр Константинович утверждал, что в обоих случаях он подвергся избиению с целью добиться написания им «явки с повинной». В частности, 8 и 9 сентября 2000 года, по его словам, он был подвергнут насилию со стороны сотрудников Учалинского ГРОВД, которые били его головой об стену, выкручивали руки, сдавливали шею, наносили удары в пах, заставляли опереться руками об стену и раздвинуть ноги, после чего ударяли по ним, чтобы он упал, пристегивали наручниками к столу, спускали штаты и грозили «изнасиловать» резиновой дубинкой. Периодически его возвращали в камеру, чтобы он обдумал «свое признание». Не выдержав издевательств, 9 сентября 2000 года Александр Константинович был вынужден написать «явку с повинной». Через несколько дней по прибытии в следственный изолятор города Белорецка заявитель не был осмотрен врачом. Однако его состояние – наличие ран и синяков на лице и теле – подтверждалось словами адвоката, допущенного к Александру Константиновичу только 12 сентября, а также его сокамерников. Только 14 сентября он был осмотрен врачом, зафиксировавшим его жалобы на боли в левом ухе, однако не указавшем на какие-либо телесные повреждения. Как только заявителю была предоставлена возможность встретиться с адвокатом, он сразу же отказался от своей «явки с повинной» и заявил, что она была получена под давлением. Он продолжал повторять это как в своих заявлениях о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников милиции, так и в суде, где решался вопрос о его виновности в совершении убийства. 24 сентября 2000 года в возбуждении уголовного дела было отказано со ссылками на результаты осмотра врачом 14 сентября 2000 года и объяснения сотрудников милиции, которые отрицали применение насилия. Дополнительная проверка, проведенная в 2005 году, также не привела к возбуждению уголовного дела. Приговором от 15 января 2001 года Александр Константинович был признан виновным в убийстве Д. Выводы суда были практически полностью основаны на полученной от него «явке с повинной». Его утверждения о том, что она получена под давлением, были отклонены судом. 06 января 2004 года, после коммуникации властям государства-ответчика жалобы, поданной заявителем в Европейский Суд по правам человека, Александра Константиновича посетил сотрудник ГУИН Г. По утверждениям заявителя, он пытался оказать на него давление с тем, чтобы тот изменил свою жалобу. В противном случае ему обещали организовать смерть в течение двух недель. Впоследствии заявитель был еще дважды допрошен в связи с его обращением в Страсбургский Суд. Александр Константинович также утверждал, что после посещения Г. он был переведен в камеру с худшими условиями отбывания наказания и был вынужден отказаться от работы сварщиком. Ему также угрожали возбуждением уголовного дела за заведомо ложный донос. Обосновывая свой вывод о нарушении статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Европейский Суд по правам человека отметил, что результаты медицинского смотра заявителя от 14 сентября 2000 года вызывают вопросы. В частности, несмотря на жалобы Александра Константиновича на боли в ухе, врач не осмотрел его, равно как не выяснил обстоятельства их происхождения. Более того, несмотря на многочисленные заявления Александра Константиновича и его адвоката, касающиеся качества проведенного осмотра, врач не был вызван в суд в качестве свидетеля. Прокуратурой не были допрошены сотрудники милиции, заявитель, его адвокат, медицинский персонал следственного изолятора и сокамерники Александра Константиновича (как в отделе милиции, так и в изоляторе). Несмотря на то, что некоторые сотрудники милиции были позже допрошены в суде в ходе разбирательства по предъявленному заявителю обвинению, в их показаниях усматривались значительные противоречия. Так, один из сотрудников милиции, опрошенный в связи я заявлением Александра Константиновича о возбуждении уголовного дела, признал, что принимал участие в его допросе, однако в суде он показал, что он не работал в тот день. Другой сотрудник милиции одновременно и признавался в суде в том, что участвовал в допросе заявителя, и отрицал свое присутствие на нем. В связи со сказанным Страсбургский Суд пришел к выводу, что ни в ходе проверки по заявлению о возбуждении уголовного дела, ни в рамках суда над Александром Константиновичем по предположительно имевшему место факту избиения его сотрудниками милиции не было проведено эффективного расследования, что представляет собой нарушение обязательств государства по статье 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Однако по причине неэффективности расследования, а также отсутствия доказательств, которые позволили бы вне всяких разумных сомнений признать, что Александр Константинович действительно подвергся избиению при обстоятельствах, описанных им, Европейский Суд по правам человека не нашел оснований для вывода о нарушении статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с предположительным применением к нему насилия сотрудниками милиции как таковым. В части статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейский Суд по правам человека указал, что заявитель не имел возможности встретиться со своим адвокатом до 12 сентября 2000 года. Никаких доказательств того, что Александр Константинович отказался от права на защиту посредством обращения к адвокату, также не имеется. Сразу после указанной встречи заявитель отказался от своей «явки с повинной». Более того, суды первой и второй инстанций признали, что «явка» была получена в отсутствие защитника. В связи с этим Страсбургский Суд пришел к выводу, что использование для обвинения заявителя в совершении преступления «явки с повинной», добровольный характер получения которой вызывает сомнения, написанной в отсутствие защитника и при обстоятельствах, которые не были тщательно проверены судами, представляет собой нарушение пункта 1 и подпункта C пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Относительно предполагаемого нарушения статьи 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод представители российских властей заявили, что посещение заявителя сотрудником ГУИН имело целью получение информации, которая позволила бы им подготовиться к разбирательству дела в Страсбургском Суде. Однако каких-либо доказательств, например, протокола этой беседы, которые могли бы опровергнуть утверждения Александра Константиновича, касающиеся обстоятельств этой встречи, представлено не было. Более того, никакой связи между визитом Г. и проведенной год спустя, в 2005, проверкой обстоятельств дела заявителя также не усматривается. Несмотря на отсутствие каких-либо документов, подтверждающих утверждения заявителя, что он был переведен в камеру с худшими условиями отбывания наказания, Европейский Суд по правам человека отметил, что Александр Константинович вполне мог быть запуган встречей с Г. и последующими допросами, касающимися поданной им жалобы. Таким образом, Страсбургский Суд пришел к выводу, что на заявителя было оказано недопустимое давление, представляющее собой вмешательство в право на обращение с индивидуальной жалобой в нарушение статьи 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Европейский Суд по правам человека присудил заявителю 15000 евро в качестве компенсации за причиненный ему моральный вред, а также 5700 евро в возмещение расходов, связанных с обращением в Страсбургский Суд.

    Также были допущены нарушения ст. 15 ч.4; ст. 21 ч.2; ст.48 ч.2; ст. 49 ч.ч.2,3; ст.50 ч.2 Конституции Российской Федерации и ч.1 ст.352 УПК РСФСР (УПК РСФСР утратил силу с 01 июля 2002 года ФЗ от 18 декабря 2001 года № 177 – ФЗ) «Указания суда, рассматривающего дело в кассационном порядке, обязательны при дополни-тельном расследовании и ….».

    Данная норма закона (ч.1 ст.352 УПК РСФСР) при дополнительном расследовании была нарушена:

    -не была допрошена в ходе дополнительного расследования свидетель Семёнова, которая могла бы либо опровергнуть или подтвердить показания Зыкова, хотя её местонахождение было установлено органом следствия: «Семёнова Е.А. осуждена Салаватским горсудом РБ по ст.228 ч.4 УК РФ и 22.11.01 г. направлена для отбывания наказания в Ю-34/2 в г.Алатар (правильно – Алатырь) Республика Чувашия» (л.д.106 т.9) и при этом следствие делает вывод, что: «Показания Семёновой Е.А. не играют какой-либо особой роли в установлении истины по настоящему уголовному делу,…….», хотя согласно ч.1 ст.20 УПК РСФСР следователь обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявить как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также смягчающие и отягчающие его ответственность обстоятельства;

    -органами следствия с достаточной полнотой не проверили другие версии убийства и возможную причастность к этому преступлению других лиц, хотя для этого были основания (из кассационного определения от 31 октября 2001 года ).

    Так, свидетель Магадеев показал, что накануне убийства к Помеловой приезжал на ВАЗ-2109 белого цвета мужчина, который вышел от неё с угрозами расправиться с ней (л.д.148 т.1).

    Из показаний на предварительном следствии свидетеля Чуркиной Е.В. видно, что в день убийства к подъезду Помеловой С. подъехала автомашина ВАЗ-2109 белого цвета….. Чуркина подробно рассказала о приметах этих людей, приблизительный номер машины и точно указала регион «86» (л.д.221-228).

    Между тем органы следствия с достаточной полнотой не проверили показания этих свидетелей, не приняли мер к розыску автомашины, а они существенно меняют обстоятельства совершенных убийств…..(из кассационного определения от 31



Прокомментировать

Впишите число * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.







Сайт о криминальном мире www.mzk1.ru